не грызть подушку - значение

Анна Шадрина. Почему это я одна? Трепещущие «одинокости» среди уверенных матрон. | Гендерная страница

Анна Шадрина. Почему это я одна? Трепещущие «одинокости» среди уверенных матрон.

Сначала кажется, что всё хорошо, потом понимаешь, что вечно это не длится, и вот всё кончилось. Расстаёшься. Терзаешь подушку ночами, досаждаешь по телефону подруге, утешаешься одноразовыми забавами. Забываешь. Внимаешь свободе и отсутствию лишних хлопот. Привыкаешь. Начинаешь страшиться одиночества — убеждаешь себя: не страшно. Убеждена. Свободна. Одна. Но подушку грызть продолжаешь.

На протяжении вот уже пяти лет объектом моего исследования являются женщины среднего возраста, отодвигающие матримониальные и репродуктивные планы в связи с карьерным ростом. Эта важная и актуальная тема, находящаяся в центре дискуссии о женском равноправии в условиях капитализма, на постсоветском пространстве не разработана и даже не названа в качестве проблемы. В условиях жёсткой профессиональной конкуренции и модели социальной политики, при которой женщина, родившая ребёнка, на годы выпадает из профессионального поля, приходится делать непростой выбор: работа или семья и дети.

В фокусе моего внимания находится опыт зрелых гетеросексуальных женщин 30—40 лет, испытывающих беспокойство по поводу отсутствия жизненного партнёра и «тикающих биологических часов». Похоже, в моём случае не я выбирала тему, но тема выбрала меня. Моё исследование во многом автоэтнографично. Я 35-летняя гетеросексуальная женщина, профессионально успешная, не состоящая в браке, не определившаяся с материнством. Разумеется, репродуктивный выбор так или иначе касается всех без исключения людей. Однако я полагаю, что «тикающие биологические часы» геев и лесбиянок — связанный, но всё же отдельный вопрос, поскольку эта категория «отключена» от репродукции, если только не предпринимает специальных мер. Поэтому я буду говорить только о том, что знаю.

Исследуя социальные причины трансформации брачного поведения, я проводила интервью с женщинами среднего возраста, не имеющими спутника жизни, анализировала медийные тексты на тему семьи и романтической любви. И пришла к следующим выводам.

— К тому моменту, когда карьерно успешная женщина социально утвердилась и почувствовала себя готовой к партнёрству и материнству, большинство мужчин соответствующего возраста и класса уже имеют стабильные отношения.

— Не имея возможности знать точно, удастся ли в будущем создать партнёрство, женщины, как правило, откладывают репродуктивный выбор. Ограниченный возраст фертильности и неопределённость с партнёрством, а также ожидания общества по поводу выбора поведения в этой сфере порождают так называемую панику тикающих биологических часов.

— Для многих современных карьерно успешных женщин традиционная семья и материнство не являются безусловной ценностью.

Несмотря на многообразие форм организации личной жизни, принятых в современном обществе, на уровне бытового сознания «нормой» всё ещё считается традиционная семья. Представления о «норме» коренятся в языке и в принятых способах говорить на ту или иную тему. Высказываясь определённым образом, участники коммуникаций выстраивают символические иерархии. Например, когда на встрече однокурсников замужние однокашницы задают вопрос не состоящей в браке, одиночно проживающей женщине: «А ты всё ещё одна? Почему ты не найдёшь кого-нибудь?» — состоящие в партнёрстве женщины позиционируют себя «состоявшимися». А тех, у кого нет партнёра, — «не состоявшимися». Почему так происходит?

source